В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска

ДЕНЬГИ БУДУЩЕГО: валюты локальные, национальные, глобальные? Бумажные или электронные?

Нынешний экономический кризис, называемый также «Великое Сокращение» или «Великая Рецессия», часто воспринимается как кризис мировой монетарной системы, усиленный огромными долгами и утратой доверия к деньгам. Доллар, который столь долгое время был для международных финансов путеводной звездой, теряет былые позиции; мир вскоре может оказаться без единого платежного средства.

Нестабильность – главная проблема и дефект международной финансовой системы наших дней. Она присуща как Украине, так и остальным странам мира. Поэтому независимо от того, сколько у нас имеется гривен, долларов и евро, не обеспеченных товарами, – мы становимся беднее. Ненадежная, регулярно падающая в цене национальная валюта не прибавляет ни оптимизма, ни патриотизма, ни веры в свое будущее и будущее своей страны.

На глобальном же уровне, все чаще встречается термин «Долговой двигатель» – это словосочетание, обозначающее бесконечное, постоянное наращивание долгов частных лиц и государств. Необходимость постоянно подливать топливо в этот «двигатель» преследует практически всех – обычных граждан и предпринимателей, корпорации и государства. А всеобщая задолженность создает такие типы поведения, которые усиливают тенденции к самоуничтожению, а не к развитию и процветанию.

Наши деньги больше не создаются государством, они не создаются ни блестящими идеями, ни тяжелым трудом. Фактически, наши деньги являются национальной учетной системой, которой распоряжаются те, кому она принадлежит, а принадлежит она частной банковской индустрии.

Мы принимаем как само собой разумеющееся, что денег должно не хватать, несмотря на факт, что само создание денежных знаков не требует особых усилий, а в настоящее время они и вовсе превратились в цифры в компьютерах. Мы не видим противоречия в том факте, что часто те люди, которые вносят наибольший вклад в благополучие общества, обладают неизмеримо меньшими благами, чем те, кто вообще ничего не делает. Мы принимаем как должное абсурдность того, что люди ничем не могут помочь себе, чтобы удовлетворить даже самые насущные свои потребности, несмотря на то, что эти люди умеют и хотят работать, и для этого есть все необходимые ресурсы. Мы все еще считаем разумным, что социальные услуги нужно урезать, если не хватает денег, даже если есть все необходимое, чтобы эти услуги оказывались в полном объеме.

Нашей общей проблемой является неспособность людей монетизировать свой труд, и обрести, наконец, экономическую и социальную свободу. А нашим общим заблуждением является вера в государство, в «доброго дядю».

Но наши внутренние денежные проблемы иногда кажутся всего лишь свежим ветром по сравнению с ураганами мировых финансовых кризисов. Мировой экономике необходима стабильная мировая валюта. И вряд ли доллар сможет стать этой основополагающей валютой новой мировой монетарной системы. Американская политика стала слишком хрупкой, слишком непредсказуемой, чтобы найти легкое решение фискальных проблем даже собственной страны.

Поддержание мировой резервной валюты и валюты для ведения торговли больше не входит и в национальные интересы США (во всяком случае, этот вопрос дискутируется).

Кроме того, мир становится слишком сложным и разным, чтобы позволить одной национальной валюте доминировать и в будущем. Многие эксперты отстаивают необходимость «реформы» глобальной финансовой системы. Есть много предложений – от возвращения к золоту, до усиления роли валюты МВФ – так называемых «СДР», и даже создания совершенно новой мировой валюты. Как изменится мировая валютная система в недалеком будущем, и как будет развиваться финансовая система Украины? – Это один из вопросов который мы обсудим в нашем новом диалоге.

«Диалог. UA» попытается также найти ответы на вопросы:

Что придет на смену доллару и когда? Какой может быть новая глобальная валюта (корзина валют/ресурсов/специальные права заимствования/долгов)? Будет ли переход к новой мировой валютно-финансовой системе шоковым или длительным и менее стрессовым? Мгновенный дефолт по всем обязательствам разорит всех или просто сократит мировую элиту? Нужен ли на сегодня «якорь», к которому можно было бы привязать все долги и деньги? Где его взять, что это может быть, если не золото? А если нас ждет регионализация мировых валют, то как и где будут возникать новые региональные валютные зоны, – какими они будут, и как будут взаимодействовать друг с другом? И, наконец, готова ли Украина к деньгам будущего?

Свернуть

Нынешний экономический кризис, называемый также «Великое Сокращение» или «Великая Рецессия», часто воспринимается как кризис мировой монетарной системы, усиленный огромными долгами и утратой доверия к деньгам. Доллар, который столь долгое время был для международных финансов путеводной звездой, теряет былые позиции; мир вскоре может оказаться без единого платежного средства.

Нестабильность – главная проблема и дефект международной финансовой системы наших дней. Она присуща как Украине, так и остальным странам мира. Поэтому независимо от того, сколько у нас имеется гривен, долларов и евро, не обеспеченных товарами, – мы становимся беднее. Ненадежная, регулярно падающая в цене национальная валюта не прибавляет ни оптимизма, ни патриотизма, ни веры в свое будущее и будущее своей страны.

Развернуть

Мнение эксперта
Другие диалоги:
Версия для печати

Очень сложно управлять многими процессами, когда экономика использует иностранную валюту

24 дек 2012 года

Возможен ли кризис нынешней нефте-долларовой валютно-финансовой системы и с чем он (кризис) может быть связан?

Любые модели международной валютно-финансовой системы в своей природе весьма нестабильны, и имеют ограниченный ресурс деятельности. Это закономерно и нормально, поскольку глобальная экономика развивается очень динамично и не всегда предсказуемо, а международная валютно-финансовая система очень консервативна. Это некая кристаллизированная надстройка, включающая нормы, правила, институты, которые очень сложно поддаются каким-то изменениям.

Каждая модель международной валютно-финансовой системы затребована только на определенном историческом этапе. Она эффективно решает накопившиеся проблемы, чем формирует убеждение в своей эффективности и утверждается на 20-30 лет. Однако, из-за этой стабильности (архитекторы валютно-финансовых систем традиционно концентрируются на том, чтобы сохранить эту систему, а не чтобы ее развивать) она «отрывается» от тех процессов и тенденций, которые протекают в глобальной экономике и на определенном этапе уже не способна решать актуальные задачи. К сожалению, поиск новых вариантов решения проблем и пересмотр фундаментальных принципов функционирования начинается только тогда, кода начинается кризис очередной модели валютно-финансовой системы.

Доведение ситуации до кризиса оборачивается для мировой экономики существенными экономическими потерями, социальными потрясениями, и, годами экономического застоя. Не бывает так, что мировые лидеры одобрили принципы новой модели международной валютно-финансовой системы, а на следующей неделе она уже заработала. Период кризиса старой модели очень болезненный, а адаптации к новой   сложный и длительный.

Кажется очевидным, что последствия были бы менее разрушительными, если бы основатели международной валютно-финансовой системы работали на «опережение» и реформировали ее еще до актуализации кризисных явлений. Но, к сожалению, так может быть в теории, не на практике. Пока старая модель не рухнет, новую строить никто не будет. Это некий парадокс нынешнего мира, когда для того, чтобы осознать банальные и тривиальные вещи необходимо пережить очень сложные процессы, хотя можно было бы обойтись и без этого. Например, все в ЕС знали, что наращивание государственного долга до величины равной ВВП – это путь к кризису системы госфинансов и комплексу серьезных социально-экономических проблем, но продолжали брать в долг. И только теперь, когда ситуация недалека от системного экономического и политического коллапса, европейские политики взялись за проблему сокращения госдолга.

В этом контексте, отвечая на Ваш вопрос о том, возможен ли кризис нынешней международной валютно-финансовой системы, хочу подчеркнуть, что не просто возможен, а это неизбежно. Это естественная фаза развития каждой модели международной валютно-финансовой системы. Вопрос во времени.

Касательно конкретно нынешней модели, то, я уверен, что она еще далеко не исчерпала свой потенциал, поэтому говорить о кризисе рано. Действительно, существуют некие перекосы, которые делают ее менее эффективной, расшатывают ее устойчивость, формируют критическое отношение в некоторых регионах мира. Но покажите лучшую альтернативу! Нет такой.


Каковы основные проблемы современной валютно-финансовой системы?

Продолжая предыдущий тезис, отмечу, что современная международная валютно-финансовая система (можем ее называть по-разному: Ямайская, нефте-долларовая и т.д.) – это достаточно стабильная, действенная и эффективная модель, которая все еще дает адекватные ответы на запросы глобальной экономики. Есть проблемы ее несоответствия каким-то политическим моментам, в том числе формирующейся сейчас новой модели международных отношений, но в экономическом плане – она достаточно неплохая.

Глобальный финансовый кризис немного подорвал уверенность в ее адекватности, но это скорее, конъюнктурные панические настроения, а не трезвый объективный анализ. Это, обусловлено особенностями психологии человека, когда в центр внимания часто ставятся исключительно проблемы, нагнетается ажиотаж, и на основании такой узкой оценки делается вывод о кризисе либо непригодности системы. Но для того, чтобы получить объективную картину, необходимо смотреть на баланс того, какие задачи системой выполняются эффективно, а какие проблематично. Безусловно, в рамках нынешней модели международной валютно-финансовой системы есть серьезные проблемы, но, наверное, не правильно говорить, что у Вас плохая машина, потому, что не работают габариты.

На чем базируется моя уверенность в стабильности и жизнеспособности современной международной валютно-финансовой системы? Первое – это ее техническая эффективность. Международная валютно-финансовая система – это не только геополитика и геоэкономика, это, прежде всего, финансовая инфраструктура мировой экономики. И эту роль нынешняя модель выполняет очень хорошо, и пока что без существенных сбоев.

Второе – это поддержка этой системы со стороны всех ключевых геополитических центров мира, за исключением ослабевающего ЕС. Давайте упрощенно посмотрим на эту модель. США печатают мировые деньги, и ими расплачиваются за товары (в основном китайские), которыми обеспечивают своих граждан. Китай благодаря этому создает рабочие места и формирует колоссальные резервы мировой валюты, за счет которых скупает активы по всему миру. Россия и ОПЭК, имея сырьевые экономики, и продавая сырье, получают существенные сверхдоходы, с которых обеспечивают высокое благосостояние граждан и модернизацию своих экономик. Все довольны, зачем что-то менять? На самом деле, отдельные страны хотят усиления своего влияния в рамках нынешней системы, но не ломку этой системы.

Касательно проблем сегодняшней международной валютно-финансовой системы, то тут очевидно (и об этом все специалисты говорят), что это чрезмерная концентрация влияния в одном центре. Длительный период доминирующую роль, безусловно, играют США, которые выступают одновременно и в роли мирового финансового регулятора, и мирового Центробанка, и эмитента мировой валюты, и глобального клирингового центра, и т.д. Это действительно мировой финансовый центр. Такое государство всем было необходимо, и оно всегда присутствовало на разных этапах истории. И это нормально, потому что ни одна система не может быть эффективной и жизнеспособной без наличия центра либо ядра. Но вопрос в адекватности политики этого центра к мировым политическим и экономическим процессам.

Реализация названных функций мирового финансового центра достаточно затратная, поэтому обосновано и закономерно, что США имеют право на получение некоторой платы за это со стороны остального мира. В этом нет проблемы. Проблема в том, что когда нет ограничений, эта плата постоянно растет. Ведь сейчас США потребляют в два раза больше, нежели производят. То есть благосостояние американского народа наполовину обеспечивается за счет остального мира. Это не совсем справедливо.

Мне кажется, что на определенном этапе США осознали, что благодаря статусу «Центробанка мира» можно не просто получать дополнительные доходы, а просто хорошо жить. С этого началась политика, направленная не на поддержку мировой валютно-финансовой системы, а на получение максимальной выгоды от доминирующего влияния на нее. Но, ключевой принцип эффективности политики любого Центробанка – он не должен стремиться зарабатывать деньги, он должен поддерживать систему. Как только он усиливает ориентацию на получение прибыли, сразу же рушиться баланс, поскольку остальные банки недовольны тем, что субъект, имеющий более значительные права и возможности, использует их для получения нерыночных и несправедливых преимуществ. И так есть на международном уровне. Государства хорошо чувствуют, что в последнее время США – используют свои преимущества в большей мере в личных целях, а не в целях поддержания системы. Отсюда и разговоры о необходимости кардинального реформирования современной международной валютно-финансовой системы, хотя США очень хорошо справляется с техническими функциями.


Какова судьба современных резервных валют и как на них влияют растущие день ото дня долги и нестабильность на валютных рынках?

Что такое резервная валюта и каковы ее критерии? С формальной точки зрения, это иностранная валюта, в которой центральные банки других государств хранят свои ЗВР, осуществляют международные расчеты по внешним операциям. По-сути, это наднациональная валюта, контролируемая конкретным государством. Сделать национальную валюту резервной – это большая ответственность, но это и колоссальное влияние, которое не сможет обеспечить даже армия.

В связи с этим, каждое государство, убежденное в особенности своего геоэкономического и геополитического статусов, стремиться сделать свою валюту резервной. Но этого нельзя добиться выполнением формальных критериев, либо через искусственное навязывание своей национальной валюты на территории доминирующего влияния. Можно «стимулировать» переход соседних стран на использование в торговых операциях (например, оплаты за поставки сырья) валюты Х, можно создать колоссальные суверенные фонды, которые обеспечат стабильность этой валюты, можно держать режим свободной конвертируемости этой валюты, но этого всего будет недостаточно для того, чтобы валюта Х стала резервной.

Резервная валюта – это не только юридическая категория сферы международного права. В экономическом смысле   это производная от настроений инвесторов относительно долгосрочных перспектив некого государства. На данный момент единственной безоговорочной резервной валютой остается американский доллар (хотя формально такими также являются СДР, фунт стерлингов, швейцарский франк, японская иена, евро). Безусловно, его позиции поддерживаются влиянием США на мировую экономику, политику и крупнейшие финансовые организации, однако ключевой фактор – это доверие мировой общественности к рыночной модели экономики и демократической форме правления. Даже геополитические оппоненты США хранят свои сбережения в американской валюте и бумагах. Они уверены в долгосрочной стабильности этого государства и его экономики.

На данный момент альтернативы доллару нет. Многие страны хотят усиления роли СДР, но это не станет массовым платежным средством. Этот инструмент имеет другую природу и совсем другие функции. Что касается остальных резервных валют, то их перспективы очень туманны, как и перспективы экономики некоторых стран. У ЕС сейчас очень сложные проблемы, а Швейцария и Япония, с моей точки зрения, уже прошли пик своего экономического подъема, поэтому их влияние будет снижаться.


Будет ли переход к новой мировой валютно-финансовой системе? Каким он будет: шоковым или длительным и менее стрессовым?

Я думаю, в обозримом будущем говорить о переходе к новой мировой валютно-финансовой системе не имеет смысла. Безусловно, будут какие-то косметические новации, но фундаментальные принципы не будут меняться.

Другое дело, что нынешняя мировая валютно-финансовая система будет меняться. Парадоксально, но вопреки тому, что ее ключевой негативной чертой является чрезмерное влияние на нее со стороны США, эта тенденция будет только усиливается… Это обусловлено тем, что, как я уже говорил, нет альтернативы доллару в современном мире. К сожалению, пока еще нет новых валют, которые могут хотя бы претендовать на статус мировых.

Многие экономисты сейчас рассказывают о растущей влиятельности юаня, рубля, ряда других валют, их претензиях на роль мировой резервной валюты. Но после длительного монолога о перспективах экономик этих стран задайте им вопрос о том, в какой доминирующей валюте они хранят свои сбережения. Это будет объективный ответ на вопрос о том, какая валюта является основной.

Ключевым фактором признания мировой общественностью валюты в качестве мировой – это стабильность экономики государства эмитента этой валюты. Стабильная экономика может существовать только в стабильном государстве. С моей точки зрения, наиболее стабильным государством в современном мире является демократическое государство с рыночной экономикой. Авторитаризм – это только иллюзия стабильности, это стабильность в период функционирования власти, но колоссальный риск в период ее смены (а ротация власти – это естественный и необходимый процесс). Демократия эти конфликты снимает, ограничивает их негативное проникновение в экономику. Собственно здесь причины того, почему денежные единицы отдельных влиятельных стран не станут резервными в обозримом будущем, несмотря на то, что темпы развития экономики являются очень высокими, и они имеют существенные валютные ресурсы.

США будут оставаться финансовым центром мира еще длительное время, и еще дольше – финансовым центром западного мира. В экономику США все еще верят, и пускай она переживает сейчас не лучшие времена, но на фоне остальных все равно выглядит более перспективной. И так есть в действительности. Разговоры о скором крахе экономики США и ее валюты ведутся еще с 30-х годов прошлого столетия, только вот, вряд ли, это реальный сценарий в исторически обозримом будущем.


Мгновенный дефолт по всем обязательствам разорит всех или просто сократит мировую элиту?

Мгновенный дефолт по всем обязательствам – это 476 год. Даже говорить об этом не хочется. Я думаю, это невозможно в принципе. Хотя и падение Рима когда-то казалось невозможным.


Диверсификация Национальными/Центральными банками резервов в золото, выход Н/ЦБ на золотой рынок для закупки золота – символизируют конец золотого пузыря? Или смену валютно-денежной системы?

Мне кажется, это ничего не символизирует. Это объективный процесс диверсификации рисков в условиях глобальной экономической нестабильности. Если Вы сомневаетесь в бумажных деньгах, Вы покупаете золото либо недвижимость. Но сегодня это не более чем, «перестраховка». Золото уже не станет основою ЗВР в развитых странах, только как «один из вариантов». Я думаю, что если бы не ажиотаж на рынке золота, его роль была б еще менее заметной. По мере укрепления экономики США и ЕС, спрос на золото снизиться, вместе с ценами, и окажется, что такая диверсификация принесла только экономические убытки.


Порождают ли необеспеченные деньги в сверхизбыточной массе эрозию доверия к эмиссионным валютам ЦБ всех стран? Что может стабилизировать валютно-денежную систему?

Касательно первой части, то не думаю, что так есть. Современные ЦБ большинства стран достаточно эффективно управляют денежной массой. Нынешние проблемы не столь масштабные, чтобы говорить о фундаментальном подрыве доверия к валютным системам. Даже в нынешних условиях мы не наблюдаем стагфляции, когда монетарная система и экономика движутся в разных направлениях. Все находится под контролем. Нынешние проблемы связаны не с монетарными факторами, а с безответственной политикой в системе государственных финансов развитых стран.

Если Вы хотите сказать, что в мире много денег, то, наверное, это имеет место. Но пока, что никто не определил, сколько миру достаточно денег. С точки зрения обеспечения устойчивого экономического роста, «мало денег» это хуже чем, «много денег». В 2002-2007 гг. глобальная экономика переживала один из наиболее существенных подъемов, хотя именно в это время денежная масса превышала мировой ВВП в 10 раз. Сейчас, период, когда «мало денег», и посмотрите, что сейчас происходит.

Относительно второй части, то с моей точки зрения, необходимо, прежде всего, наводить порядок на финансовых рынках. Сейчас это все превратилось в спекуляции и азартные игры. Безусловно, спекулянты всегда есть и будут, но когда их накапливается критическая масса, они начинают диктовать векторы развития глобальной экономики. Это означает, что в практику входят стремление к быстрым и легким деньгам, краткосрочные решения, конъюнктурное видение тенденций.

Финансовому рынку, как и любому другому, необходимы институциональные ограничения, которые создадут правила, и направят векторы развития в продуктивном направлении. Рынок без институтов – это хаос. Однако, на международном уровне взять его под контроль невозможно, потому просто некому. Там нет органов власти и органов контроля. Но этот хаос – это как черная дыра, неизвестно, что в следующий раз оттуда появиться.


Современная валютно-денежная система и мировая торговля – есть ли корреляция? Или же современные деньги – это риск для торговли? Не пора ли вспомнить о старом-добром бартере?

Деньги – это основа рыночной модели экономики. Она не такая уж и плохая. Ни в коем случае, не говорю, что деньги – это самоцель в такой модели, это просто механизм, который очень хорошо реализует экономический потенциал. Бартер – это дорога в Средневековье. Если хотите построить современную эффективную рыночную экономику, необходимо убрать бартер практически со всех сегментов хозяйственного комплекса.


Давайте поговорим об Украине. Попытки НБУ осуществить де-долларификацию украинской экономики, предпринимаемые в последнее время – это результат кризиса мировой валютно-финансовой системы или осознанная валютная политика?

Это нормальные и вполне адекватные намерения. Очень сложно управлять многими процессами, когда экономика использует иностранную валюту. В данном контексте, можно только приветствовать такую политику, а тем более, если она есть осознанная.

Однако, тут есть хроническая проблема всех украинских властей – слишком поверхностные действия. Административными мерами и ограничениями не решить сложных экономических проблем.

Не ФРС заставляет наше население покупать доллар, а только глубокая убежденность (часто подсознательная) в том, что американская валюта более надежная, нежели гривня, евро или рубль. Украинцы не верят в собственное государство. Хотите снизить масштабы оборота доллара в экономике – начните бороться с коррупцией, рейдерством и пр. Даже маленькие шаги в этих направлениях дадут больше эффекта, нежели создания барьеров для покупки доллара. Все как покупали доллары, так и покупают. Просто теперь в очереди надо дольше стоять.


Готова ли Украина к работе в условиях новой (обновленной) модели валютно-финансовой системы?

Сегодня мы наблюдаем достаточно интересную тенденцию: с одной стороны мир, безусловно, глобализируется, с другой – регионализируется. Это приведет в конечном итоге к формированию нескольких влиятельных наднациональных политико-экономических зон со своими региональными валютно-финансовыми системами.

Мне кажется, этот процесс будет достаточно жестким, и сохранять нейтральность не получиться. Необходимо будет выбирать, где и с кем мы находимся. На первый взгляд, красиво звучит призыв некоторых политиков, что Украина должна играть роль моста между Востоком и Западом, выстраивая прагматические экономические отношения с обоими центрами. Но в реальности, это иллюзия: сложно сидеть на двух стульях одновременно. Мы не говорим об этом, но хорошо ощущаем, что сейчас нас стягивает в одном направлении, и нейтральность – это фикция!

Ответ на Ваш вопрос зависит от того, куда пойдет Украина. Я считаю, что страна готова интегрироваться в региональную валютно-финансовую систему, выстраиваемую РФ в рамках таможенного союза, и абсолютна не готова работать в рамках западной модели. Безусловно, это совсем разные экономические и политические пространства, поэтому надо четко и на длительную перспективу определяться, куда мы движемся, потому что сейчас мы вообще стоим на месте, а мир уходит вперед.

Беседовала Евгения Сизонтова

Версия для печати
Публикации автора

 

Рекомендуем к прочтению

"Упадок Пятой республики": мифы и реальность

Одним из ключевых слов в лексиконе французских интеллектуальных элит все чаще становится «упадок» (le declin). Под ним имеются в виду действительные или мнимые риски утраты Францией в глобализированном мире XXI века ее традиционной роли одной из великих держав.

Читать далее

 

Мнения других экспертов

Тантели РАТУВУХЕРИ, кандидат политических наук, политолог

Деньги: от классицизма до постмодерна

Лесь Герасимчук, культуролог

Наївні нотатки про гроші

Анатолий Баронин, Директор Аналитической группы" Da Vinci AG"

Тренд на формирование региональных валютных союзов, на мой взгляд, сегодня нивелирован ситуацией в еврозоне

Ігор Бураковський, Інститут економічних досліджень та політичних консультацій

Нинішня фінансова політика має конкретний фіскальний підтекст

Андрій Новак, економіст

Девальвація гривні — це питання часу

Александр Савченко, ректор Международного института бизнеса

Кризис невозможен

Андрей Бардиан, директор Института Социальных Финансовых Коммуникаций «Инсофком», Россия

Выход – в децентрализации политической и финансовой власти

Василь Юрчишин, к.ф-м.н., доктор наук з державного управління, директор економічних програм Центру Разумкова

Поиск новых мировых валют наверняка будет продолжаться

Александр Кендюхов, доктор экономических наук, профессор

Колебания валютного курса – только пена на поверхности океана, масштаб и глубина которого определяются конкурентоспособностью национальной производственной базы

___Володимир Лановий, ___президент Центра ринкових реформ

Девальвация разрушает прежде всего средний класс, малый и средний бизнес

Владимир Дубровский, старший экономист центра «CASE-Украина», Киевская школа экономики, старший консультант.

За стабильность региональной валюты расплачиваются суверенитетом

Олег Соскин, директор Института трансформации общества

Некваліфікована політика нашого уряду і Нацбанку привела до втрати золотовалютного запасу

Максим Сероус, независимый финансовый аналитик, автор блога eurodollar.com.ua

Существующая финансовая система имеет ряд структурных дисбалансов

Олександр Шморгун, канд. філос. наук, доцент, провідний науковий співробітник Інституту світової економіки і міжнародних відносин НАН України, старший науковий співробітник Інституту європейських досліджень НАН України

Ніяке рішення в сфері фінансів не приведе до виходу з кризи

 

Другие диалоги

Украина в Европе – контуры и формат будущих взаимоотношений

Государственное управление: нужен ли «капитальный ремонт власти»?

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У «ЛЕВОГО ДВИЖЕНИЯ» в УКРАИНЕ?

МИР В ВОЙНЕ или ВОЙНА В МИРУ?

НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ родится в Украине?

УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ – реформирование, перезагрузка, создание нового?

Будущее ТВ и Интернета – слияние, поглощение, сосуществование?

ФЕНОМЕН УКРАИНСКОГО МАЙДАНА

Поляризация общества - источник перманентной нестабильности. Найдет ли Украина социальный компромисс?

Партнерство Украина-Евросоюз: вызовы и возможности

МАЛЫЕ ГОРОДА – богатство разнообразия или бедность упадка

Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Виртуальная реальность и нетократия: новые штрихи к портрету Украины

Таможня или Союз?

Кадры решают все? Или почему из Украины утекают мозги?

Мультикультурализм VS национализм

Религия в социально-политическом контексте Украины

Гуманитарная политика в Украине – а есть ли будущее?

Новый мировой экономический порядок

Рынок земли и будущее аграрной Украины

ДЕМОКРАТИИ КОНЕЦ? или ОНА ВРЕМЕННО СДАЕТ ПОЗИЦИИ?

Судьба реформ в Украине или Реформировать нереформируемое?!

20 наших лет

Будущее без будущего? или Почему Украина теряет образованное общество?

Украинский характер – твердыня или разрушающаяся крепость?

ПЕНСИОННАЯ РЕФОРМА В УКРАИНЕ: куда дует ветер перемен

20 лет независимости Украины – мифы и реалии

Поход Украины в Европу: остановка или смена курса?

Местные выборы 2010: прощание с самоуправлением?

Республика: «де-юре» или «де-факто»?

Каков капитал, таков и труд

Идеология умерла. Да здравствует новая идеология?!

Повестка дня нового Президента – стабилизация или развитие?

Соблазн и искушение диктатурой

Реформа украинского здравоохранения или ее отсутствие: причины и следствия

Выборы-2010: готова ли Украина к переменам?

Неосознанный сталкер. Или. Скрытые и явные угрозы жизни Украины и возможности их предотвращения

Новый общественный договор – быть или не быть?

КАК СПАСТИ СТРАНУ? или Приговор вынесен. Обжалованию подлежит?!

Человеческий капитал в топке экономического кризиса

Украинское общество в условиях кризиса: социальные вызовы и мистификации.

Большой договор между Украиной и Россией: от проекта влияния к проекту развития

Украинская власть: царствует, господствует или руководит?

Украина: нация для государства или государство для нации?

„Социальный капитал” и проблемы формирования гражданского общества в Украине

«Социальные мифологемы массового сознания и политическое мифотворчество»

Гражданин и власть: патерналистские и авторитарные настроения в Украине.

В зеркале украинского культурного продукта

Есть ли «свет» в конце регионального «туннеля» или кого интересуют проблемы местного самоуправления?

Национальная идея: от украинской мечты к новой парадигме развития

Досрочные выборы: политическое представление к завершению сезона

Кризис ценностей: что такое хорошо, и что такое плохо?

Реформы в экономике Украины: причины, следствия, перспективы

Информационное пространство – кривое зеркало Украинской действительности

Постсоветское поколение – здравствуй! (или некоторые подробности из жизни молодежи)

Проект Україна: українська самосвідомість і етнонаціональні трансформації

„Південний вектор” євроінтеграційної стратегії України

Феноменологія української корупції та її специфічні риси

Українській Конституції 10 років: від «однієї з найкращих в Європі» до правового хаосу

Украина в геополитических играх 2006-2025 гг. или Очередное обновление внешней политики

Яку Україну пропонують Україні чи Програми та реальні практики політичних партій України

Парламентський злам: проблеми взаємодії владних гілок

Майдан, рік по тому

Вызовы или стимулы глобализации?

Демографический кризис или последний украинец

Адміністративно-територіальна реформа – тест на ефективність нової влади

Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС

Славянские миры: цивилизационный выбор

Повестка дня будущего президента

Новое украинское Просвещение

„Внутрішня геополітика” України.

Чи готова Україна „мислити глобально, діяти локально”?

Демократия по-украински

Какая Россия нужна Украине?

Українська національна еліта – становлення чи занепад?

Середній клас в Україні : майбутнє народжується сьогодні

Україна шукає свою ідентичність

Камо грядеши, Украина?

page generation time:0,081